Тест на СДВГ у взрослых: ASRS-v1.1 — что показывает, чего не заменяет

СДВГ у взрослых: что вообще измеряем

Запрос «тест на сдвг у взрослых» — растущий тренд русскоязычного поиска. За ним обычно стоит человек, который читал про себя в TikTok-ленте, узнал в детстве знакомого, и пытается понять: есть ли что-то структурное в том, что годами «не складывается с дедлайнами, скукой и проектами на полгода»? Это не клинический запрос в строгом смысле — но он начинается с правильной мысли: есть ли валидный способ это проверить?

СДВГ у взрослых — это не «детский СДВГ, который не прошёл», а отдельная диагностическая категория, признанная и в DSM-5, и в МКБ-11. Расстройство перешло из «детского» в «расстройство развития, проявляющееся в детстве и часто персистирующее во взрослой жизни». Критерии адаптированы под взрослые задачи (карьера, отношения, финансы, тайм-менеджмент), но симптомное ядро — то же: дефицит регуляции внимания и/или гиперактивно-импульсивное поведение, начавшееся до 12 лет и сохраняющееся ≥ 6 месяцев с функциональным impact в ≥ 2 жизненных областях.

Почему диагноз пропускается

Главный клинический паттерн «взрослого СДВГ» — он редко приходит первым. Сначала приходят тревога, депрессия, выгорание, проблемы со сном, профессиональный кризис. Это не случайность. В WHO World Mental Health Surveys (Fayyad et al., 2017, n=26 744 в 20 странах) cross-national prevalence current adult ADHD составила 2,8%, и из них только меньшинство получали лечение, целенаправленно адресующее именно СДВГ. NCS-R в США (Kessler et al., 2006, n=3 199) дала 4,4% current adult ADHD и тот же паттерн: большинство случаев нелечены по поводу самого СДВГ, хотя многие получают помощь по поводу коморбидных тревоги, депрессии или зависимостей.

Длительный нераспознанный СДВГ создаёт хроническое ощущение «несоответствия себе» — и это питает депрессивно-тревожные слои. Если терапевт работает только с тревогой или депрессией, не задавая вопроса «а как с вниманием и импульсивностью с детства?», структурный слой остаётся невидимым. Глобальный мета-анализ (Song et al., 2021): persistent adult ADHD = 2,58% мировой популяции (≈140 млн взрослых), symptomatic adult ADHD = 6,76% (≈366 млн). Симптоматический пул — почти в 3 раза больше, чем persistent — это люди с клинически значимыми проблемами внимания и импульсивности, которые не дотягивают до полного DSM-5-диагноза, но всё равно функционально нарушены.

Есть и противоположный устойчивый миф — «дети это перерастают». В 16-летнем follow-up знаменитого MTA-исследования (Sibley et al., 2022, n=558) только 9,1% выборки достигли sustained remission. 90% продолжали испытывать residual symptoms в возрасте ~25 лет; у 63,8% наблюдались колебания «ремиссия — рецидив»; только у 10,8% — устойчивая персистенция всех критериев. Это значит: «перерос» — это редкая, а не модальная траектория.

«СДВГ у взрослых распространён, серьёзно нарушает функционирование и часто коморбиден с другими расстройствами — но в большинстве стран и культур остаётся существенно нераспознанным и нелеченным.»— Fayyad J. et al., Attention Deficit and Hyperactivity Disorders, 2017, 9(1):47–65

ASRS-v1.1: 6 пунктов короткого скрининга

ASRS-v1.1 (Adult ADHD Self-Report Scale) — разработан ВОЗ совместно с группой Kessler, Adler и Spencer (Kessler et al., 2005, *Psychological Medicine*). Шкала состоит из 18 пунктов, отображающих DSM-IV-критерии для СДВГ. Часть A — 6 пунктов, выделенных через stepwise logistic regression: именно они оказались наиболее предсказательными для положительного диагноза по структурированному клиническому интервью. Это и есть «короткий скрининг ASRS», свободно распространяемый через WHO.

Психометрика 6-item screener на оригинальной выборке Kessler 2005 (n=154 из NCS-R с oversampling childhood ADHD): sensitivity 68,7%, specificity 99,5%, total classification accuracy 97,9%, κ = 0,76 относительно blind clinical DSM-IV-ratings. Это очень специфичный скрининг: ложноположительных мало, но он может пропустить часть истинно-положительных (false negatives ~30%). Это не баг, это калибровка под общую популяцию, где низкая baseline prevalence требует высокой специфичности, чтобы избегать наводнения системы псевдо-положительными.

• Время заполнения: 1–2 минуты (Part A) или 5 минут (полные 18)
• Применение: первичный фильтр для дальнейшей диагностики
• Положительный скрининг — это триггер для интервью, не диагноз
• Свободное распространение через ВОЗ; русский официальный перевод существует
• Часть A работает лучше как screener, чем полные 18 пунктов (Kessler 2005)

ASRS-5 и полные 18 пунктов: что добавляют

В 2017 году появилась обновлённая версия — ASRS-5 (Ustun et al., 2017, *JAMA Psychiatry*). Это рекалибровка под DSM-5-критерии (которые расширили возрастной онсет с «до 7 лет» до «до 12 лет» и убрали часть других ограничений). Машинно-обучаемый Risk-Calibrated Supersparse Linear Integer Model подобрал новый 6-item набор и веса. В general population: sensitivity 91,4%, specificity 96,0%, AUC = 0,94, PPV = 67,3%. В клинической выборке (NYU Langone): sensitivity 91,9%, specificity 74,0%, AUC = 0,83, PPV = 82,8%. ASRS-5 — более чувствительный скрининг, чем классический ASRS-v1.1, при сохранении хорошей специфичности.

Практически важная оговорка: ASRS-v1.1 и ASRS-5 — это две разные шкалы, обе живые, обе используются. ASRS-v1.1 — это классический WHO-вариант под DSM-IV (Kessler 2005). ASRS-5 — обновлённая DSM-5-версия (Ustun 2017). В клинической литературе и в Soveria поддерживается классическая ASRS-v1.1 — у неё больше накопленных нормативных данных и переводов; ASRS-5 даёт более высокий пойм-рейт, но менее устоявшийся в международной практике. Не смешивать их в одном workflow.

Полные 18 пунктов (Часть A + Часть B) дают профиль, а не одну сумму: 9 пунктов inattention, 9 — hyperactivity-impulsivity. Часть A покрывает обе оси (4 пункта inattention + 2 impulsivity), но не разделяет их в субшкалы. Длинная версия даёт ответ на вопрос «какой пресентейшн преобладает» — невнимательный, гиперактивно-импульсивный или комбинированный. Невнимательный тип в чистом виде «теряется» в эпидемиологии — менее заметен для окружающих, но сильно влияет на работу и обучение. Гиперактивно-импульсивный тип у взрослых редок в чистом виде, но импульсивность остаётся ядерной чертой. Комбинированный — самый частый и обычно самый функционально-инвалидизирующий.

Важное методологическое ограничение: ASRS не оценивает развитие. DSM-5 требует, чтобы симптомы СДВГ присутствовали ДО 12 лет — и ASRS показывает текущую картину, а не детство. Поэтому положительный ASRS без свидетельств детских проявлений — это повод проверить дифференциал, а не повод сразу диагностировать adult ADHD. Ретроспективную часть закрывает Wender Utah Rating Scale (см. следующую секцию).

Чего ASRS не заменяет: DIVA-5, CAARS, WURS

ASRS — скрининг. После положительного результата нужен формальный диагностический assessment. Три инструмента покрывают эту задачу, и они дополняют друг друга, а не дублируют.

DIVA-5 (Diagnostic Interview for ADHD in Adults) — полу-структурированное диагностическое интервью под DSM-5. Покрывает 18 симптомных критериев плюс childhood-onset confirmation плюс функциональный impact в ≥ 2 областях. Время проведения ~60–90 минут опытным клиницистом. В корейской валидизации (Hong et al., 2020, n=279): диагностическая точность 92%, sensitivity 91,30%, specificity 93,62% относительно reference standard (MINI Plus + board-certified psychiatrists). В фарси-валидизации (Amani et al., 2020, n=120) — diagnostic agreement с SCID-5 = 81,66%, test-retest и inter-rater reliability — good to excellent. Прямо рекомендован European Consensus (Kooij et al., 2019). На русский переведён через DIVA Foundation.

CAARS (Conners' Adult ADHD Rating Scales, Conners 1999) — нормативный профиль self-report + observer-rated. Длинная версия (CAARS-S:L) — 66 пунктов, покрывают DSM-IV симптомы и четыре фактора (Inattention, Hyperactivity-Impulsivity, ADHD Index, Problems). В отличие от ASRS, CAARS даёт нормы по возрасту и полу — отвечает на вопрос «насколько симптомы выражены относительно популяции того же возраста и пола». Платный инструмент (MHS), требует профессиональной лицензии.

WURS (Wender Utah Rating Scale, Ward et al., 1993) — ретроспективный инструмент: взрослый пациент оценивает собственные детские симптомы. Используется для DSM-5-критерия «онсет до 12 лет». В сокращённой версии WURS-8 (Das et al., 2016, n=1 014): AUC > 0,8 для предсказания взрослого СДВГ-диагноза — сравнима с длинной WURS-25. Важная клиническая оговорка: многие пункты WURS неспецифичны (mood instability, anxiety, conduct problems в детстве). Только факторы «inattention/hyperactivity» прямо относятся к СДВГ; остальные могут быть confounders. WURS сужает гипотезу — не подтверждает диагноз.

• ASRS-v1.1 — скрининг (бесплатно, ВОЗ, ~5 мин)
• DIVA-5 — структурированное интервью под DSM-5 (Kooij 2019 European Consensus, ~60–90 мин)
• CAARS — нормативный профиль self + observer (платный, MHS)
• WURS — ретроспективная оценка детства (AUC > 0,8 для предсказания adult ADHD)

Дифференциальный диагноз: тревога, депрессия, биполярность

Симптомное ядро СДВГ во многом совпадает с тем, что генерируют другие диагнозы. Концентрация падает при тревоге; импульсивность есть при гипоманиакальных эпизодах; «не могу заставить себя начать» — описание депрессии. Поэтому положительный ASRS — это начало дифференциального разговора, не его конец.

СДВГ vs биполярное II типа — клинически наиболее опасная путаница. В большой корейской выборке (Joo et al., 2012, n=1 305: 108 BD-I, 41 BD-II, 101 MDD, 1 055 контролей) группа с биполярным II типа показала самые высокие WURS-баллы из всех групп — выше, чем у BD-I и MDD. Childhood impulsivity и inattention сильнее предсказывают взрослое BD-II, чем BD-I. Это значит: положительный WURS у взрослого с эпизодами «энергии и драйва» — повод для биполярного скрининга (MDQ, HCL-32), а не для немедленного диагноза adult ADHD. Стимулирующие препараты, используемые при СДВГ, могут спровоцировать гипоманию у скрытой биполярности — клинически значимое решение, которое нельзя принимать на одном ASRS.

Простые ориентиры для специалиста.

• СДВГ vs тревога: при СДВГ внимание «соскальзывает» вне ситуации стресса (хронический паттерн с детства); при тревоге — только в стресс-контексте, и обычно с эпизодического возраста
• СДВГ vs депрессия: при СДВГ ангедония не доминирует и нет генерализованной потери интереса; при депрессии падение мотивации генерализовано, а не симптомо-специфично
• СДВГ vs биполярное II: гиперактивность СДВГ постоянна с детства; гипомания — эпизодическая (≥4 дня), с измененным сном, эйфорией и goal-directed activity. WURS-positive — повод проверить MDQ
• СДВГ vs «выгорание»: если «выгорание» длится десятилетиями и symptoms прослеживаются до школьных лет — это не выгорание. Выгорание — это эпизодический ответ на хронический стресс, у него есть начало

Что делать с положительным скринингом

Положительный ASRS — это не диагноз. Это аргумент посмотреть глубже. Несколько типичных workflow для частной практики.

• Клиент с тревогой/депрессией и недостаточным ответом на лечение: ASRS как часть расширенного assessment. Если положительный — ретроспективная WURS + направление на DIVA-5 (психиатр) или CAARS
• Клиент сам подозревает СДВГ: ASRS-v1.1 (Part A) как первый шаг. Положительный → структурированное интервью; отрицательный → переключение на дифференциал (тревога/депрессия/биполярность/выгорание)
• Мониторинг ответа на лечение СДВГ: полные 18 пунктов ASRS каждые 4–8 недель для отслеживания изменения симптомов в обоих доменах (inattention vs hyperactivity-impulsivity)
• Превентивный скрининг в общей популяции: не рекомендуется как routine — низкая base rate даёт высокую долю ложно-положительных и плохо тратит клиническое время

По русскоязычному контексту — короткая, но важная справка. ASRS-v1.1 имеет официальный перевод ВОЗ на русский и свободно распространяется. DIVA-5 переведён на русский DIVA Foundation. Однако формально опубликованных психометрических валидизаций ASRS-v1.1 или DIVA-5 на русскоязычных выборках в PubMed на данный момент не обнаружено. Для клинической работы это означает: использовать стандартизированные инструменты и международные данные психометрики как ориентир, но обязательно подтверждать диагноз клиническим интервью с учётом культурного контекста. Не заявлять «официально валидированная в РФ версия» — этого факта в опубликованной литературе нет.

Последний пункт — про стигму и доказательность. Faraone и коллеги (2021) в World Federation of ADHD International Consensus Statement подытоживают 208 эмпирически подтверждённых утверждений о СДВГ и подчёркивают: misconceptions about ADHD stigmatize affected people, reduce credibility of providers, and prevent or delay treatment. Скрининг через валидированный инструмент — это не «модный диагноз», а способ распознать клиническую реальность, которая иначе остаётся без названия и без лечения у десятков миллионов взрослых.